Электромонтаж Ремонт и отделка Укладка напольных покрытий, теплые полы Тепловодоснабжение

Экономическое неравенство

15.03.2022

Экономическое неравенство — это различие по показателям экономического благосостояния между отдельными лицами в группе, между группами населения или между странами. Проблема экономического неравенства имеет отношение к понятиям справедливости, равенства результатов и равенства возможностей.

Показатели экономического неравенства

  • Дифференциация доходов населения или нерáвенство доходов
  • Неравенство имущества или разрыв богатства
  • Неравенство потребления

Методы оценки

  • Коэффициент Джини
  • Децильный коэффициент — соотношение между доходами/имуществом 10 % самых богатых и 10 % самых бедных.
  • Доля заданной части самых бедных/богатых слоев населения в общих доходах/имуществе.
  • Среднее логарифмическое отклонение (MLD)

История взглядов и изучения экономического неравенства

Неравномерное распределение доходов и имущества не рассматривалось чем-то неправильным долгое время. Одним из первых, кто размышлял над вопросом неравенства доходов, был гуманист XV века Маттео Пальмиери. В диалоге «О гражданской жизни» он указывает, что у богатых больше денег, поскольку они более талантливы и трудолюбивы. Идея, что талант и трудолюбие вознаграждаются деньгами, является популярным заблуждением, несмотря на множество опровергающих примеров.

Первым, кто разработал экономическую теорию, ставящую под сомнение справедливость распределения доходов, является Карл Маркс. Анализируя формирование и движение капитала, Карл Маркс сформулировал идею эксплуатации наемных работников. Одним из результатов его работы стало математическая формула, оценивающая степень эксплуатации, как отношение размера прибавочной стоимости к стоимости рабочей силы. Другими словами, отношение времени, в течение которого рабочий создаёт стоимость для других, ко времени работы для себя (создания эквивалента своей зарплаты).

Карл Маркс считал, что процесс нарастания экономической дифференциации в капиталистическом мире происходит непрерывно — богатые всё больше богатеют, а бедные всё больше беднеют, средний класс исчезает. Как отмечает экономист Тома Пикетти:

…Маркс исходил из рикардовой модели цены на капитал и принципа редкости и развивал анализ динамики капитализма, считая, что в мире доминирует не земельный, а промышленный капитал (машины, оборудование и т. д.), который, в теории, может накапливаться бесконечно. Главный вывод, к которому он пришел, можно обозначить как «принцип бесконечного накопления», то есть неизбежная тенденция капитала к накоплению и концентрации в бесконечном масштабе, без естественных препон — это, по мнению Маркса, приводит к апокалиптическому результату: либо мы наблюдаем тенденцию к снижению уровня доходности капитала (что уничтожает механизм накопления и может привести капиталистов к взаимной грызне), либо неограниченно возрастает доля капитала в национальном доходе (что довольно быстро приводит к тому, что трудящиеся начинают объединяться и бунтовать). В обоих случаях какое-либо социально-экономическое и политическое равновесие невозможно.
<…>
Это мрачное будущее не наступило, так же как и не осуществились предсказания Рикардо. Начиная с последней трети XIX века заработная плата наконец стала расти: покупательная способность повсеместно увеличилась, что радикально изменило ситуацию, даже несмотря на то, что неравенство сохранялось на очень высоком уровне и продолжало расти вплоть до Первой мировой войны. Затем разразилась коммунистическая революция, однако в самой отсталой стране Европы, где промышленный переворот едва начался (в России), тогда как наиболее развитые европейские страны, к счастью для их населения, пошли по иному, социал-демократическому пути. Как и предшествовавшие ему авторы, Маркс полностью пренебрег вероятностью устойчивого технического прогресса и непрерывного роста производительности труда, двух факторов, которые, как мы увидим, оказались способны уравновесить — до определённой степени — процесс накопления и растущей концентрации частного капитала.

В конце XIX века Вильфредо Парето выявил конкретную структуру распределения доходов среди итальянских домохозяйств, которой было свойственно сосредоточение 80 % доходов у 20 % семей. Он считал, что степень экономического неравенства, доля богатых людей в составе населения — вещь постоянная.

Питирим Сорокин утверждал, что степень экономического неравенства на длительных отрезках должна колебаться вокруг известной константы. Предполагая, что чрезмерное усиление степени неравенства или равенства одинаково чревато национальной катастрофой и потрясениями, Сорокин полагал, что усиление неравенства приведёт к тому, что узкую группу плутократов будет легко свергнуть или уничтожить. Действительно, некоторые олигархические режимы Южной Америки впоследствии оказывались нестабильными. По мнению Сорокина, проведённое в годы военного коммунизма по декрету 1918 года ограничение разницы в доходах соотношением 175:100 способствовало разрухе и голоду.

Когда в 1955 году Саймон Кузнец написал об изменениях неравенства в богатых странах (и пару бедных), в США и Великобритании происходило наиболее значительное снижение неравенства доходов, когда-либо зарегистрированное в истории, в сочетании с быстрым ростом. Поэтому казалась вполне разумным посмотреть на факторы, обусловливающие снижение неравенства, и Кузнец нашел их в расширении образования, в более низком межотраслевом различии по производительности труда (таким образом, рентная составляющая в зарплатах была уравнена), в более низком доходе на капитал, и в политическом давлении вокруг повышения социальных выплат. Затем он посмотрел на (или вернее представил) эволюцию неравенства в прошлом веке и подумал, что неравенство росло и достигло своего пика в богатых странах на рубеже XX века из-за передвижения рабочей силы из сельского хозяйства в промышленность. Так появилась знаменитая кривая Кузнеца (обратная U кривая).

Кривая Кузнеца была основным инструментом, используемым экономистами, занимающимися неравенством, при анализе взаимосвязи между развитием/ростом и неравенством за последние полвека. Но кривая Кузнеца постепенно попала в немилость, поскольку она прогнозировала низкий уровень неравенства в очень богатых обществах, в то время как наблюдался устойчивый рост неравенства в доходах, который начался в конце 1970-х годов практически во всех развитых странах.

В настоящее время кривую Кузнеца пытается реанимировать экономист Бранко Миланович. В своей статей он пишет:

…мы должны рассматривать текущий рост неравенства, как вторую кривую Кузнеца в наше время, вызванную, как и первая, в основном технологической революцией и передвижением рабочей силы из более однородного производства в неоднородные по квалификации услуги (и, следовательно, вызывая снижение способности работников к самоорганизации), но и (опять же, как и в случае первой кривой) глобализацией, которая привела как к знаменитому «вымыванию» среднего класса на Западе так и к давлению, снижающему высокие ставки налогов на мобильный капитал и квалифицированную рабочую силу. Элементы, перечисленные здесь, не являются новыми. Но расположение их вместе (особенно наблюдения за техническим прогрессом и глобализацией, как практически нерушимыми, даже при концептуальной разности) и рассмотрение этого как части повторяющихся волн Кузнеца является новым. Отсюда возникает очевидный вывод для будущего — эта волна роста неравенства достигнет пика, как предыдущая, и в конечном итоге пойдет вниз.

Экономист Тома Пикетти имеет другую точку зрения касательно будущих изменений в неравенстве. Он утверждает, что увеличение экономического неравенства является неизбежным явлением свободного рыночного капитализма, когда доходность капитала превышает темпы роста экономики. При условии сохранения уровня сбережений в обществе на заданному уровне, наблюдаемые в настоящее время низкие темпы роста экономики в западных странах приведут к концентрация капитала в узком кругу и формированию общества рантье.

Справедливое и несправедливое неравенство

Различие между «обстоятельством» и «усилием», как детерминантами дохода, была выкристаллизована в работе Джона Роймера и уходит корнями к трудам Джона Ролза и Рональда Дворкина. На основе различий детерминантов дохода экономисты общее неравенство делят на составляющие: неравенство возможностей (inequality of opportunity), — определяемое как неравенство из-за внешних обстоятельств, на которые не способен повлиять индивид, таких как уровень образования родителей, раса и страна происхождения, — и остаточное неравенство (residual inequality), которое, как предполагается, возникает в силу разности усилий и удачи. Влияние внешних обстоятельств на доход, таких как дискриминация в обществе по половому и расовому признаку, рассматривается неправильным, а значит возникающее неравенство в результате этих обстоятельств является несправедливым.

Как отмечают Хуфе, Канбур и Пейчил, интуитивная сила разделения между обстоятельством и усилием в разграничении справедливого и несправедливого изменения дохода очень ясна, но это не единственное моральное ощущение, когда речь идёт о распределении доходов. Общество не может отказать нуждающемуся в помощи, если даже у нуждающегося было «хорошее начало» в жизни и он «уничтожил его» в результате собственного выбора. Хуфе, Канбур и Пейчил называют это требованием «свободы от бедности». Таким образом, нормальное распределение доходов должно отражать оба фундаментальных моральных принципа. С одной стороны, отдельные лица должны нести ответственность за решения, находящиеся под их контролем. С другой стороны, должно быть ограничение снизу для критических последствий выбора. Таким образом, общий показатель неприемлемого распределения доходов, который можно было бы назвать несправедливым неравенством, должен сочетать «равенство возможностей» и «свободу от бедности». Конечно, принудительное перераспределение имеет негативное влияние на стимулы. Однако можно установить рамки, в которых идеал эгалитаризма может быть согласован с ограничениями стимулов согласно нобелевскому лауреату Джеймсу Миррлису.

Хуфе, Канбур и Пейчил сделали оценку компонентов неравенства для 31 европейской страны. В среднем 17,6 % общего неравенства, оцененного с помощью среднего логарифмического отклонения (MLD), несправедливо — то есть объясняется нарушениями равенства возможностей и свободы от бедности. Несправедливое неравенство наиболее распространено в Литве, Италии и Румынии — 27,9 %, 31,6 % и 29 % от общего неравенства, соответственно. Доходы наиболее справедливо распределяются в Нидерландах, Финляндии и Норвегии — несправедливое неравенство составляет 7 %, 9,3 % и 12,5 % от общего, соответственно. Результаты определяются равенством возможностей и свободой от бедности примерно в равных пропорциях.

История изменения экономического неравенства

До 20 века

Появление неравенства можно наблюдать на ранних стадиях развития человечества. Неравномерное распределение также находится в примитивных обществах, где существует какой-либо избыток ресурсов.

По оценкам Уолтера Шейдела и Стивена Дж. Фризена уровень неравенства доходов в Римской Империи в период её расцвета составлял порядка 0,42…0,44. Таким образом, неравенство доходов в рабовладельческой Римской Империи было немного меньше, чем в настоящее время в США (в США Джини был 0,45 в 2007 году согласно данным ЦРУ). В условиях низкой производительности труда разброс между доходами не может значительно подниматься, поскольку доля нижних слоев общества не может опуститься ниже величины, необходимой для элементарного жизнеобеспечения.

С развитием человечества возрастала производительность труда, а с ней опускалась и минимальная доля в общих доходах, необходимая для жизнеобеспечения. В средние века уровень экономического неравенства сильно варьировался по странам и времени.

Неравенство не было постоянным. Экономисты-историки выделяют четыре основных фактора, приводивших к сокращению экономического неравенства: эпидемии, войны, революции и развал государств. Каждый из этих факторов имеет свои особенности.

Например, чума в XIV веке привела к значительному сокращению населения. В результате нехватки рабочей силы доходы бедных слоев возросли во много раз. Это привело к значительному падению неравенства. С возобновлением роста населения неравенство начинало расти.

Войны, революции и развал государства приводили к разрушению сложившейся иерархии, уничтожению элиты, разрыву сложившихся ранее экономических связей. В этих случаях сокращение неравенства сопровождалось, как правило, обеднением населения.

Первая половина XX века

Первая половина XX века характеризуется значительным снижением уровня экономического неравенства в западных странах в результате двух мировых войн. Причиной снижения неравенства были как фактическое разрушение капитала из-за войн, так и внутренняя политика. Например в США наблюдалось так называемое великое сжатие.

В период войн возникла идея «воинской повинности для богатства» («conscription of wealth»). В результате резко возросла прогрессивность налогов. Средняя по 20 западным странам максимальная ставка на доходы превысила 60 %.

В этот же период социалистические, коммунистические партии и профсоюзы набирают максимальную силу и оказывают значительное влияние на политику.

Конец XX — начало XXI века

С 80-х годов 20 века в мире происходят одновременно два процесса: рост экономического неравенства внутри большинства стран по всему миру (с 1980 по 2016 год прирост дохода 1 % самых богатых в мире лиц соcтавил 27 %, а 50 % самых бедных лишь 13 % от общей величины прироста дохода во всем мире)) и снижение глобального неравенства доходов (доходы беднейших 50 % мирового населения значительно выросли вследствие высоких темпов экономического роста в Китае и Индии) за счет сокращения экономического разрыва между бедными и богатыми странами.

Неравенство богатств растет по всему миру. Согласно докладу международной гуманитарной организации «Оксфам» в 2010 году цена имущества, которой владела беднейшая половина человечества, была равна сумме активов, которой обладали 388 самых богатых людей, в январе 2014 — уже 85. По данным Oxfam, в начале 2016 года состояние (активы) 62 богатейших жителей планеты сравнялось с таковым у бедной половины населения (более 3,6 млрд человек). С 2010 по 2016 годах у первых оно выросло на 44 % (на 1,76 трлн долларов США), а у вторых сократилось на 41 % (более чем на трлн).

C 1980 по 2016 год имущественная доля 1 % самых богатых людей в Европе, США и Китае выросла с 28 до 33 %, тогда как доля, приходящаяся на нижние 75 %, колебалась около 10 % на протяжении всего периода.

Степень экономического неравенства среди населения различных регионов неодинакова: в 2016 г. доля 10 % самых богатых в национальном доходе в Европе составляет 37 %, в странах Ближнего Востока 61 %.

Причины роста неравенства в конце 20 — начале 21 века

  • Снижение прогрессивности налогов.
  • Ослабление профсоюзов.
  • Снижение конкуренции и монополизация. Бывший главный экономист при президенте США Джеймс Фурман указывает на то, что рост неравенства в США сопровождается ростом ренто-ориентированной части экономики. Экономист Питер Орзаг отмечает, что рост неравенства доходов в большей степени связан с ростом неравенства доходов между компаниями, чем неравномерным распределением доходов внутри компаний.
  • По мнению экспертов международной гуманитарной организации «Оксфам», основной причиной роста экономического неравенства в мире, начиная с 2010 года, является уклонение состоятельных людей от уплаты налогов, путем вывода средств в офшоры.
  • Глобализация. Либерализация торговли может привести к смещению экономического неравенства с глобальных масштабов на внутренние. Когда богатые страны торгуют с бедными странами, низкоквалифицированные работники в богатых странах могут видеть снижение заработной платы в результате конкуренции, в то время как низкоквалифицированные работники в бедных странах могут видеть увеличение заработной платы.
  • Неэффективная система образования. В условиях значительных технологических изменений в экономике, когда спрос на квалифицированную рабочую силу опережает возможности системы образования, уровень зарплат квалифицированной рабочей силы сильнее растет по сравнению с другими специальностями.
  • Ассортативность — явление, при котором образование супружеских пар происходит между людьми, имеющими схожий статус в обществе. Например, врачи женятся на врачах, а не на медсестрах. Согласно исследованию ОЭСР в 40 % пар оба партнера принадлежат к одному и тому же или соседнему децилю доходов по сравнению с 33 % примерно 20 лет назад.
  • Важную роль могут сыграть изменения в структуре домохозяйств. Количество домохозяйств с одним взрослым в странах ОЭСР выросло с в среднем 15 % в конце 1980-х годов до 20 % в середине 2000-х годов.
  • Рост неравенства является самоподдерживающим процессом. Основным механизмом передачи благосостояния из поколения в поколение является среда. Богатство порождает богатство, a дети, воспитываемые в бедности, наследуют бедность.
  • Слабые законы о корпоративном управлении, позволяющие руководству компаний устанавливать себе неограниченно высокие зарплаты.

Последствия экономического неравенства

Негативные последствия экономического неравенства

  • Низкая социальная мобильность. Анализ по странам показывает, что с увеличением экономического неравенства снижается социальная мобильность — кривая Великого Гэтсби. Экономист Радж Четти нашел такое же влияние неравенства на межпоколенческую социальную мобильность при анализе влияния среды на детей внутри США. В своем докладе «Потерянные Эйнштейны» Радж Четти указывает, что снижение социальной мобильности является негативным фактором для роста экономики и инноваций.
  • Негативное влияние на развитие детей. Согласно ряду исследований неврологов бедность и высокое экономическое неравенство негативно сказывается на развитии мозга ребёнка.
  • Преступность. Статистика показывает положительную связь между экономическим неравенством и уровнем преступности. Морган Келли, анализируя данные из США, обнаружил, что неравенство не имеет эффекта на имущественные преступления, но прослеживается четкая связь с преступлениями, связанными с насилием.
  • Ниже продолжительность жизни. Статистика показывает снижение ожидаемой продолжительностью жизни с увеличением экономического неравенства. Данная зависимость наблюдается как между странами, так и внутри стран.
  • Чрезмерные сбережения. В то время как люди с низкими доходами большую часть доходов используют для потребления, богатые люди 75-85 % доходов сберегают. Глобальный переизбыток сбережений привел к снижению ставок. В результате возможности центральных банков ограничены при падении ставок до нуля во время кризиса.
  • Способствует финансовой нестабильности. Растущее неравенство приводит к чрезмерному потреблению. Увеличившийся разрыв в доходах заставляет «отстающих» влезать в непомерные долги. Роберт Франк из Корнеллийского университета утверждает, что рост доходов элиты ведет к так называемому каскаду потребления, который заканчивается ростом долга: «Богатые тратили больше просто потому, что у них много лишних денег. Их расходы сдвигают систему координат, формирующую потребности тех, кто находится на ступень ниже и вращается в „перекрывающихся“ социальных слоях. Эта вторая группа тоже увеличивает расходы, что сдвигает точку отсчета тех, кто стоит ещё на ступень ниже, — и так далее, вниз по лестнице доходов. Данный каскад значительно затрудняет семьям из среднего класса достижение поставленных финансовых целей.» Такие же выводы содержатся в работе Элизабет Уоррен и Амелии Тиаги. В их книге «Ловушка двойного дохода» отслеживается нарастающая волна банкротств физических лиц, которые начались задолго до общего финансового кризиса. Авторы показали, что существенным фактором в этих банкротствах было растущее неравенство государственного образования, что, в свою очередь, стало отражением неравенства доходов: семьи из среднего класса старались покупать дома в районах, где имелись хорошие школы, для чего приходилось брать ссуды, которые делали их уязвимыми в случае болезни или потери работы.
  • Усиливает экономический кризис. Как показывают экономические модели, совокупный спад потребления значительно больше, когда беднейшие 40 % населения близко к нулю по имуществу, чем в случае с более равномерным распределением. Причина, почему совокупное снижение расходов является гораздо большим в экономике с большим количеством потребителей с малым имуществом, не вызвана тем, что домохозяйства с невысоким уровнем благосостояния являются «нищими» потребителями, которые сокращают свои расходы один-к-одному с тем, как падают их доходы. Это объясняется тем, что потребители с низким уровнем благосостояния имеют меньшую возможность застраховать себя от специфических рисков, таким образом, когда рецессия бьет и увеличивается риск безработицы, они резко снижают свой уровень расходов, даже если их доходы пока не упали. Это наблюдается из данных PSID. Было обнаружено, что в течение Великой рецессии, домохозяйства в нижнем квинтиле распределения богатства сократили свой уровень расходов примерно на 4 пункта, в то время как те, кто в верхнем квинтиле, сократили свой уровень расходов на 2 пункта.
  • Снижение экономического роста. Неравенство возможностей, которое является частью общего экономического неравенства, негативно влияет на экономический рост. В исследовании 2011 года МВФ пришел к следующему выводу: «Мы обнаружили, что долгие разговоры относительно роста в значительной степени сопровождаются большей степенью равенства в распределении доходов… В долгосрочных масштабах снижающиеся показатели неравенства и устойчивый рост зачастую становятся двумя сторонами одной монеты».
  • Политическая нестабильность.
  • Деградация окружающей среды. Рост экономического неравенства обостряет экологические проблемы. В странах с более высоким уровнем неравенства в доходах наблюдается тенденция к более высокому уровню загрязнения воздуха и воды, выше доля животных и растений, которым угрожает исчезновение.

Доводы в защиту экономического неравенства

  • Неравенство стимулирует конкуренцию среди людей

Способы снижения неравенства

Политика, направленная на ограничение сверхвысоких доходов

  • Увеличение прогрессивности налога на доход. Экономисты Эммануэль Саез и Тома Пикетти рекомендуют вернуться к высоким максимальным налоговым ставкам для богатых, к 50 %, или 70 %, или даже 90 %, как это было в первой половине XX века.
  • Деофшоризация

Устранение несовершенств в экономике

  • Ограничение или значительное налогообложение рентоориентированной деятельности
  • Ликвидация правовых барьеров для конкуренции.

Политика, направленная на увеличение доходов бедных слоев общества

  • Увеличение минимального размера оплаты труда
  • Снижение косвенных налогов. Уже в XIX веке Джон Стюарт Милль отмечал, что косвенные налоги (налоги на товары и услуги, акцизы, пошлины) особенно падают на бедных и средний класс.
  • Система общедоступного образования и переквалификации, направленная на подготовку высокооплачиваемых и востребованных рынком специалистов.

Деконцентрация капитала

  • Предоставлять налоговые льготы малым инвесторам для стимулирования владения акциями в малом бизнесе. Можно предусмотреть государственное страхование, при котором акции до определённой суммы имели бы гарантированную очень скромную реальную доходность (скажем, 1 % в год) даже в случае падения фондового рынка.
  • Рабочих следует поощрять с помощью существующих механизмов, таких как ESOP (employee stock ownership plan), которые стимулируют работников владеть акциями компаний, в которых они работают. Очевидно, что в случае ухода они могли бы продать свои акции, но опыт владения акциями (приобретёнными, возможно, по льготным ставкам), может побуждать их продолжать инвестировать в дальнейшем. Иными словами, рабочий класс и мелкие инвесторы должны пользоваться теми же налоговыми и другими преимуществами, которые сегодня предоставляются только богатым.
  • Использование грантов с капитала, финансируемых за счет налогов на наследство расширит базу собственности.

Реформа финансирования избирательных кампаний

Необходима с целью устранения влияния денег на политику. Также необходимо запретить бывшим служащим частных предприятий поступать на госслужбу.

Экономическое неравенство в России

В последние годы СССР коэффициент Джини был 0.29 в 1980 году и 0.275 в 1989 году.

После развала СССР расслоение в обществе значительно выросло. В последние годы правления Ельцина коэффициент Джини составлял порядка 0,395 согласно старым оценкам Росстата. Максимального значения коэффициент Джини достиг после 2008 года — 0,421.

Расслоение в России происходило намного сильнее, чем в других бывших коммунистических странах. Как Пикетти указывает в статье об исследовании неравенства в России, «чтобы обеспечить полный анализ разрыва между неравенством в России и другими бывшими коммунистическими странами, кажется вполне естественным сослаться на различные пост-коммунистические стратегии для переходного периода, которые были проведены в разных странах, и в частности на очень быструю „шоковую терапию“ и ваучерную стратегию приватизации, которые проводились в России. Правдоподобной интерпретацией доступных данных является то, что ваучерная приватизация прошла так быстро, и в таком хаотичном денежном и политическом контексте, что небольшие группы лиц смогла выкупить большое количество ваучеров по относительно низким ценам, а также в некоторых случаях получить крайне выгодные сделки с государственными органами (например, через известные соглашения по кредитам для акций). Вместе с бегством капитала и ростом оффшорного имущества, этот процесс, возможно, привел к гораздо более высокому уровню концентрации имущества и доходов в России, чем в других бывших коммунистических странах.»

Согласно данным Форбс с 1996 года в России происходил быстрый роста количества долларовых миллиардеров. Если в 1996 не было ни одного, то в 2005 их стало 27 человек, к 2010 их число возросло до 61, а в 2015 их стало 88. В 2016 году Каролина Фреунд и Сара Оливе, проанализировав данные Форбс, установили, что в России 10,8 % миллиардеров являются основателями компаний, 3,6 % — их руководителями, 21,6 % связаны с финансовым сектором. Россия является одной из стран, где наибольшее число миллиардеров связано с государством или ресурсами — 64 %. В 2014 году Россия оказалась одной из первых по индексу кронизма.

Согласно Пикетти, по «стандартными оценкам заграничные активы постепенно увеличивались в период между 1990 и 2015 года и составляют около 75 % от национального дохода к 2015 году, то есть примерно столько же, как зафиксированные финансовые активы российских домохозяйств….Некоторые российские физические лица (и/или некоторые российские корпорации, действующих от имени физических лиц, и/или некоторые российские должностные лица, действующих от имени физических лиц) каким-то образом смогли присвоить соответствующую часть профицита торгового баланса с целью накопить оффшорные активы, то есть иностранные активы, которые не отражены чисто в официальной финансовой статистике России.»

Несмотря на сильное расслоение, в России тема экономического неравенства серьёзно не исследуется в научной среде. Россия с запозданием идёт за тенденциями в мировой экономической науке. Первая конференция по вопросу неравенства Russian Economic Challenge, организованная Московским центром Карнеги, прошла 19 и 20 сентября 2018 года в подмосковном Сколково. Позже в этом же году 15 ноября в Сахаровском центре были организованы дебаты на тему «Надо ли бороться с неравенством?» между экономистом Ростиславом Капелюшниковым и социологом Григорием Юдиным. Оба мероприятия показали, что исследования в России по теме неравенства остаются на низком уровне.


Имя:*
E-Mail:
Комментарий: