Мой старший брат Иешуа

Электромонтаж Ремонт и отделка Укладка напольных покрытий, теплые полы Тепловодоснабжение

Мой старший брат Иешуа

22.09.2021

«Мой старший брат Иешуа» — роман-апокриф Андрея Лазарчука, опубликованный в 2009 году. Согласно авторскому предисловию, текст представляет собой перевод так называемого «Китирского кодекса», выполненного профессором Анатолием Павловичем Серебровым. Ирина Андронати характеризовала роман как «сугубо исторический», первый из предполагаемой трилогии о дохристианских временах и раннем христианстве. Автор стремился представить не собственный пересказ евангельских сообщений, а «реконструкцию того, как это было на самом деле». Роман оказался сложен для неподготовленного читателя, рецензии были «растерянными» или провозглашали роман катастрофической художественной неудачей.

Сюжет

По сюжету, Иешуа был внуком Антипатра и сыном Ирода, которому была уготована смерть. Стратегически мыслящий парфянский шпион Оронт отдал младенца в семью торговца лесом Иосифа и Марьям, которые не отделяли его от собственных детей. Изложение ведётся от лица Деборы — приёмной сестры Иешуа и жены Иоханаана. Иешуа знал о своём рождении и царском предназначении, и главной целью его жизни стало возвращение на престол. Оронт призвал троих: Иешуа, Иоханаана и Дебору и предложил обращаться к народу. Их деятельность можно назвать гуманистической, и они проповедовали антифарисейство. Однако Иешуа не сумел создать целостного учения, вокруг него собрались воины (именуемые «апостолами») и просто добрые люди, желавшие видеть его на престоле Иудеи. Римляне отнеслись к этому движению равнодушно-сочувственно, однако мирный захват власти не удался, Иешуа, по-видимому, был убит, но когда и как это произошло, осталось неизвестным.

Роман-апокриф и евангельский прототип

По утверждению Сергея Ротая, основным действующим лицом и важнейшей повествовательной инстанцией в романе является Дебора, через восприятие которой происходит всё, что узнаёт читатель. Дебора активно вовлечена во все события, сама расставляет акценты и заинтересованно оценивает происходящее. Она очень широко мыслящая и образованная женщина, которой интересны политика, дворцовые интриги и богословие. При этом по мировоззрению она склоняется к просвещённому атеизму: проявляя глубокий интерес к религиозности, сама героиня не способна воспринять никакую целостную религиозную систему. Таким образом, Иешуа — «герой сознания» Деборы, сестры не по крови, но по детству, взрослению и единому стратегическому замыслу.

Все основные сюжетные линии, конфликты и события, имена героев, время и пространство связаны с каноническими Евангелиями, но полемически противопоставлены им. Иешуа никак не связан с божественной природой и метафизикой и крайне мало говорит об этом, главный драматизм его жизни — политического характера. Не обладает он и даром чудотворца, хотя в народе ходят самые разнообразные слухи, остающиеся слухами. Одновременно он является скрытым наследником престола, вокруг которого ведётся грандиозная игра; с ним связаны чаяния народа на справедливое правление. Иешуа лишён проповеднических талантов евангельского Иисуса, не стремится создать новую систему этики и быть ответственными «за малых сих». Личная этика Иешуа сводится к практическому добру и принесению людям пользы, его главная цель — захват власти ради достижения этих целей. По темпераменту Иешуа печален, ему присущи сомнения, а в финале он полностью утрачивает оптимизм и веру в победу. Судя по противоречивым высказываниям героя, не слишком он жаждет и царской власти как таковой.

Иешуа сразу сказал, что намерен не воевать, не заливать страну кровью, а покорить её нежно и бережно — может быть, так, чтобы римляне и не заметили этого.

Смерть героя не является отдельным событием или фокусом в повествовании, даже неизвестны час его гибели и место захоронения. Все стремления перевести житие Иешуа в религиозно-мифологический контекст оцениваются Деборой как усилия, не имеющие отношения к планам самого Иешуа. В романе нет сцен, персонально посвящённых конфликту Иешуа с фарисеями, нет предательства Иуды и трусости учеников. Прокуратор Понтий Пилат был заинтересован в Иешуа как претенденте на иерусалимский престол и даже был гостем на его свадьбе.

Андрей Лазарчук стремился максимально разорвать связь своего сюжета с библейским, в том числе по жанру и стилистике. Максимально расширяется и национальный контекст: в детстве семья Иосифа и Марьям и их детей жила среди греков и египтян. Наследник умеет плавать, благодаря чему спасся во время бури на Галилейском озере и доплыл до берега быстрее, чем пришла лодка. Иешуа не замкнут в среде иудеев и открыт для общения со всем миром. Текст сосредоточен на описаниях, а не поучениях. Новозаветные чудеса истолковываются с позиций житейского опыта, чтобы максимально освободить Иешуа от сакральности: «Как всем царям, ему приписывалось волшебное умение исцелять наложением рук, поэтому к нему часто несли больных и увечных», «Чудес же он дать не мог…». Ключевым и наиболее детализированным событием романа является женитьба Иешуа на Марии, что вполне соотносится с его романной философией: лёгкости, спокойного отношения к людским слабостям, преодолении страха смерти земными радостями.

Литературно-критическое восприятие

Роман был почти не замечен критиками, в немногочисленных отзывах преобладали негативные. Дмитрий Володихин утверждал, что «в интеллектуальном смысле конструкция Андрея Лазарчука сложна и небезынтересна, однако в смысле художественном это провал». Главным достоинством романа признаётся детальная эпическая характеристика античного Ближнего Востока. При этом у романа вообще нет героя, поскольку ни Иешуа, ни Дебора не могут претендовать на роль центрального персонажа. «Имеется коллективный центральный персонаж — Иудея от Ирода до Пилата». Поэтому «в колоссальной груде иудейского материала тонет сюжет», «материальная и духовная культура Иудеи на страницах романа полностью подавляет не только Иешуа и его соратника Иоханана (Иоанн Предтеча), но и всех его друзей, да и врагов вместе с ними». Иными словами, по мнению Д. Володихина, в романе не хватает «живой художественной плоти», у критика создалось впечатления беллетризованного научно-популярного текста, цель создания которого не ясна. По мнению критика, Лазарчук «задался целью написать не столько даже антиевангелие, сколько антибулгакова». Также он утверждал, что Лазарчук «…показал разницу в христианском видении истории человечества как набора притч и гностическом видении истории как смены мифов».

Писатель Владимир Пузий утверждал, что роман предназначен для подготовленного читателя. Для усиления правдоподобности введена «гарантия подлинности»: автор упоминает о некоем древнем кодексе, перевод которого якобы выполнен реально существующим учёным, и ведёт повествование «из первых рук», используя приём, разработанный Умберто Эко в романе «Имя розы». Точно так же Лазарчук использовал в тексте сюжетные цитаты из Шекспира или «Семи самураев»: «Без детального знания контекста — ну хотя бы Евангелий — он может показаться ещё одной „вариацией на тему“. Читателей „подкованных“, которые отследят все аллюзии, поймут, что, где и как именно автор изложил по-своему, а где прибег к художественному вымыслу, — до обидного мало».

В других отзывах также подчёркиваются интеллектуальные достижения писателя, например, его описания политических интриг, «достойных отдельного издания в специальном учебнике для нынешних политиков».

…История, рассказанная в романе Андрея Лазарчука «Мой старший брат Иешуа»…, в действительности была намного ужаснее той, которую мы знаем из Библии. …Герои этой истории — настоящие живые люди, и, как это бывает у настоящих живых людей, все их нечеловеческие усилия в итоге оказываются бессмысленными и совершенно напрасными.

В одной из немногих положительных рецензий издатель и критик Сергей Соболев отмечал типичность сюжетных решений для генеральной темы Лазарчука — искажения картины мира в процессе человеческой коммуникации. Особо отмечалась «лёгкость языка повествования», а то, что изложение ведётся от лица женщины на склоне лет, которая вспоминает былое, объясняет «некоторую сентиментальность, до сей поры мало свойственную книгам Лазарчука».

Высказывалось также мнение, что издательская аннотация, которая причисляла роман к жанру турбореализма, дезориентировала потенциальных читателей.

Журнальное и книжное издание

  • Андрей Лазарчук. Мой старший брат Иешуа (Главы 1 — 16) (неопр.). День и ночь. №1, 2011. Журнальный зал. Дата обращения: 14 мая 2021.
  • Андрей Лазарчук. Мой старший брат Иешуа (Главы 17 — 34) (неопр.). День и ночь. №2, 2011. Журнальный зал. Дата обращения: 14 мая 2021.
  • Лазарчук А. Г. Мой старший брат Иешуа: роман. — М. : Эксмо, 2009. — 352 с. — (Проект Fiction). — ISBN 978-5-699-37025-2.

Имя:*
E-Mail:
Комментарий: