Гранитоиды металлогенических провинций Чешского массива » Ремонт Строительство Интерьер

Электромонтаж Ремонт и отделка Укладка напольных покрытий, теплые полы Тепловодоснабжение

Гранитоиды металлогенических провинций Чешского массива

17.04.2021

Варисские гранитоидные интрузии и ограниченно распространенные магматиты более основного габброидного состава широко развиты в краевых и внутренних частях Чешского массива (рис. 38). Особый интерес представляет сравнение гранитоидов Рудных Гор и Среднечешского массива, положение которых соответствует разным металлогеническим провинциям: одной из самых крупных провинции редкометально-вольфрам-слонянного оруденения и провинции золото-сурьмяно-полиметаллического оруденения.
Гранитоиды металлогенических провинций Чешского массива

Среднечешский (Центральный Чешский) гранитоидный массив


Массив (~ 3000 км2) вытянут в северо-восточном направлении вдоль Среднечешскою разлома и отделяет с интрудированием слабо метамор-физованные осадочные образования верхнего протерозоя — раннего палеозоя — от докембрийских катазональных кристаллических сланцев Молданубикума (рис. 38, массив № 2). Согласно В. Зоубеку, массив представляет эпизональную (гипабиссальную) интрузию значительной мощности, коккордантную по отношению к вмещающим кристаллическим сланцам кровля которой формировалась на глубине 600-1500 м от поверхности. Западные контакты гранитов с древнепалеозойскими осадочными породами резкие, линейные, с явлениями их ороговикования; восточные контакты с кристаллическими сланцами Молданубикума, напротив, нечеткие, извилистые, с явлениями контактовых мигматизации и фельдшпатизации. Таким образом, на основе взаимоотношений с вмещающими породами однозначного ответа о глубинности интрузии дать нельзя. В текстурных особенностях гранитоидов отчетливо проявляются структуры вмещающих кристаллических сланцев, что подтверждает мнение М. Паливцевой о большой роли в формировании интрузии метаморфических и метасоматичееких процессов,

Среди слагающих Среднечешский массив гранитоидов выделяется до двадцати пяти фазово-фациальных разновидностей, которые объединяются в четыре главные геолого-петрографические группы (рис. 39).

Первая (I) группа базитов (амфиболовые габбро и диориты) объединяет малые тела, приуроченные к зонам контактов гранитоидов с породами спилит-кератофировой формации верхнего протерозоя.

Вторая (TI) тоналитовая группа включает наиболее распространенные сазавские тоналиты (13% амфибола, 10% биотита) и блатенские гранодиориты (2% амфибола. 13% биотита в среднем), а также червенские гранодиориты (5% амфибола, 17% биотита) и техницкие гранодиориты.

В третью (SII) группу объединяются породы гранитного состава, развитые вдоль северо-западного контакта массива: распространенные граниты-гранодиориты краевого типа (7% биотита, 1% амфибола), пожарские трондьемиты (7% биотита, 0,5% амфибола) и ржичанские порфировидные граниты (6% биотита, 0,5% мусковита).

Четвертая (IV) группа монцонитов-сиенитов представлена таборскими пироксен-биотитовыми сиенитами и монцодиоритами (20% пироксена, 20% биотита) и своеобразными чертовобремянскими меланократовыми (20% биотита) порфировидными породами непостоянного состава, от сиенитов до монцодиоритов, известных в европейской литературе под названием дурбахитов. В группу монцонитов-сиенитов по петрохимическим признакам включены также порфировидные седлчанские рогово-обманково-биотитовые (2% амфибола, 18% биотита) гранодиориты, представляющие переходные от монцонитов к тоналитам породы.

Формирование Среднечешского плутона представляло длительный полихронный процесс, начало которого относится к нижнему палеозою, и, возможно, докембрию. Возраст гранитоидов составляет от 200 до 420 млн, лет, с максимумом в интервале от 300 до 350 млн. лет (герцинская складчатость).



Петрохимия и минеральный состав. Наиболее распространены в массиве гранитоиды промежуточного между гранодиоритами и щелочноземельными сиенитами состава (табл. 33, рис. 40). В процессе дифференциации формируются подщелочные граниты (краевые и ржичанские). Породам массива свойственна повышенная магнезиальность, в лейкогранитах наблюдается слабое повышение глиноземистости.

Отдельный генетический ряд образуют дурбахиты, самые основные члены которого соответствуют по составу эссекситовому габбро (таборские), а состав чертовобремянских дурбахитов соответствует щелочноземельному сиениту-монцодиориту. Состав гибридных седлчанских гранодиоритов приближается к монцониту. Диаграмма соотношения щелочей (рис. 41) иллюстрирует обогащенность гранитоидов массива калием, начиная с габброидов I группы, средний состав которых близок составу оливинового габбро, по Р. Дэли. Резко повышенными содержаниями калия при пониженных натрия выделяются дурбахитовые породы.

Среди гранитоидов главной, тоналитовой группы отчетливо различаются менее и более калиевые (червенские и бенешовские) гранодиориты. Последние представляют разновидности гранитоидов массива, развитые в его восточной части и испытавшие сильное воздействие дурбахитов (гибридизм). В целом данные диаграммы рис. 41 свидетельствуют о сильном влиянии на состав всех пород Среднечешского плутона дурбахитовых расплавов.


Состав биотитов. Эволюция составов биотитов (табл. 34) от основных к кислым дифференциатам тоналитовой группы Среднечешского пассива совершается в полном соответствии с изменениями состава этого минерала в батолитовых массивах Забайкалья: в процессе дифференциации наблюдается умеренное повышение железистости и понижение магнезиальности без существенного изменения глиноземистоети (см. рис. 34). Наибольшей магнезиальностью (низкими железистостью и глиноземистостью) характеризуются биотиты дурбахитовой группы, что согласуется с предположением о связи этих пород с глубинными щелочно-базальтоидными расплавами. Состав биотитов ржичанских гранитов указывает на их принадлежность к дурбахитовой дифференциационной серии. Из рис. 34 видно, что, как и в монцонитоидах Забайкалья, биотиты дурбахитовой группы и ржичанских гранитов кристаллизовались из наиболее высокотемпературных расплавов, характеризовавшихся низкой активностью воды. Данные диаграммы рис. 34 подтверждают происхождение некоторых разновидностей гранитов массива (косовогорские, бенешовские, писецкие) в результате контаминации исходных паликгенных расплавов материалом вмещающих пород кровли, приводящей к резкому повышению глиноземистости биотитов при некотором снижении магнезиальности и сохранении уровня железистости.


Редкоэлементный состав гранитоидов Среднечешского массива (табл. 35) полностью подтверждает вывод о значительном влиянии щелочно-базальтоидных (дурбахитовых) расплавов на геохимический облик всех разновидностей гранитоидов массива. Монцонитоиды (группа дурбахитов, в том числе Тршебичский массив, рис. 38) обогащены фтором и некогерентными элементами Rb, Be, В, Sn, W. Как и монцонитоиды Забайкалья, дурбахиты, кроме того, резко обогащены стронцием и, особенно, барием. Вместе с тем от забайкальских монцонитоидов акатуевского комплекса дурбахиты заметно отличаются низкими концентрациями натрия и соответственно более высокой степенью накопления всех гранитофильных элементов (исключая литий, который в монцонитоидах не концентрируется). Роговообманково-биотитовые разновидности дурбахитов по сравнению с пироксен-биотитовыми обогащены оловом, концентрации которого в них превышают кларковый уровень в 4—6 раз и заметно выше содержаний этого элемента в ряде оловоносных (рудоносных) гранитов Забайкалья.

Гранитоиды тоналитовой группы расположены в табл. 35 в соответствии с понижением вероятного влияния дурбахитов. которое проявляется в уровне концентраций калия. Как видно из таблицы, по мере уменьшения содержаний этого элемента в гранодиоритах наблюдается совершенно закономерное снижение концентраций фтора и всех редких элементов, содержания которых в дурбахитах повышены: Be, Sr, Ba, В, Sn. Fme более резко это снижение выражено в пожарских трондьемитах, которые, судя по геохимическим данным, можно рассматривать как камерные дифференциаты сазавских тоналитов, в поле которых трондьемиты залегают.

Ржичанские граниты характеризуются резко повышенными содержаниями фтора и гранитофильных элементов, включая литий, выделяясь особо высокими концентрациями бора, олова и свинца. От типичных редкометальных гранитов их отличает лишь одна очень важная особенность — высокие концентрации (наряду с гранитофильными элементами) стронция и бария.

В Среднечешском массиве присутствуют также двуслюдяные редкометальные лейкограниты с низким уровнем концентрации фтора (писецкие), образующие малые интрузивные тела преимущественно по его периферии и представляющие контаминированные разновидности гранитоидов, возникшие в результате усвоения палингенными расплавами материала кислых пород кровли. Из геохимических данных по писецким гранитам следует, что этот процесс сопровождался интенсивным привносом бора, источником которого были, без сомнения, щелочно-базальтоидные расплавы. По мнению автора, пример писецких гранитов показывает, в каких именно геолого-геохимических условиях могли возникать низкотемпературные, обогащенные редкими элементами расплавы интрузий геохимического типа плюмазитовых редкометальных лейкогранитов.

Наконец, данные табл. 35 показывают резкие генетические отличия по род группы базитов от дурбахитов. Низкие концентрации редких элементов в базитах подтверждают их вероятную связь с толеитовыми произвольными и породами спилит-кератотофировой формации, к останцам которых в пределах массива тела базитов тяготеют.

Сделанные выводы полностью согласуются с характером распределения в гранитоидах Среднечешского массива сидерофильных элементов, (табл. 36), содержания которых (Cr, Ni, Co) в породах дурбахитвой группы, как и в монцонитоидах Забайкалья, резко повышены даже по сравнению с базальтами, подтверждая глубинное происхождение монцонитоидов. Связь с последними ржичанских гранитов, в свою очередь, фиксируется в повышенных для гранитов содержаниях в них этих же элементов, что для гранитоидов корового происхождения совершенно не характерно.

Базиты (габбро) Среднечешского массива характеризуются, напротив, очень низкими для пород основного состава концентрациями сидерофильных элементов, в чем отражается принадлежность базитов и дурбахитов к совершенно различным генетическим группам. Распределение сидерофильных элементов в гранитоидах тоналитовой группы полностью коррелируется с устанавливаемой по калию степенью влияния (гибридизм) на эту серию пород дурбахитовых расплавов: наиболее низки содержания Cr, Co, Ni в наименее калиевых сазавских тоналитах и пожарских трондьемитах.

Редко элементный состав биотитов. Полученные (табл. 37) данные показывают, что, несмотря на высокие концентрации фтора и особенно олова в гранитоидах дурбахитовой и тоналитовой групп, содержания их в биотитах невысоки и уступают средним концентрациям в биотитах Забайкалья (табл. 30). Еще более низки в биотитах концентрации редких щелочных элементов. Исключение представляют ржичанские граниты, содержания редких элементов в биотитах которых повышены.

Особенности генезиса и рудоносность гранитоидов Среднечешского массива. С точки зрения классического формационного анализа, Среднечешский массив представлен по крайней мере двумя комплексами пород-монцонит-сиенитовым (дурбахитовым) и гранодиоритовым палингенным. Последний, согласно З. Вейнару, формировался в результате взаимодействия более ранних толеитовых расплавов (представителями которых являются базиты) и последующих палингенных магм. Изложенные геохимические материалы показали, что палингенное плавление осуществлялось под воздействием интрузий щелочно-базальтоидных расплавов, оказавших самое непосредственное влияние на геохимическую специфику массива в целом. Автономность формации дурбахитов подтверждается наличием самостоятельных, не связанных с гранодиоритовыми интрузиями массивов (Тршебичский, Иглавский и др.). Гранитоиды тоналитовой группы являются, безусловно, фациями ГФ Среднечешской интрузии. Краевые, Пожарские и ржичанские граниты представляют ее ЗФ.

Значение Среднечешского массива как совершенно нестандартного примера в геохимическом анализе трудно переоценить. Во-первых, большинство монцонитов-сиенитов и тоналит-гранодиоритов ГФ представляют по геохимической характеристике субредкометальные-редкометальные гранитоиды с повышенными концентрациями большинства гранитофильных элементов и очень высокими содержаниями олова (табл. 38), что не свойственно большинству батолитовых интрузий. С формальной точки зрения в отношении оловянного оруденения они не могут рассматриваться как рудоносные, поскольку не удовлетворяют условию лейкократовости состава. По существу же, их безрудный характер однозначно устанавливается с помощью диаграмм избыточности концентраций (см. рис. 36), показывающих, что, несмотря на очень высокие содержания олова и фтора, концентрации этих элементов не являются избыточными во всех разновидностях гранитоидов ГФ благодаря их очень меланократовому составу и обусловлены резко повышенными содержаниями минерала-концентратора — биотита. Таким образом, данные по Среднечешскому массиву являются наглядным подтверждением положения, что уровень концентрации олова в гранитоидах еще далеко не определяет их оловоносности. На диаграмме рудоносности (см. рис. 35) точки гранитоидов дурбахитовой и тоналитовой групп попадают, благодаря высоким содержанием Sr и Ba, в поле безрудных.

Из всех разновидностей гранитоидов массива только ржичанские лейкограниты обладают большинством признаков редкометальных и рудоносных: высокими концентрациями типичных гранитофильных элементов (см. табл. 38, ИНК = 20 кларкам), которые являются отчетливо избыточными (см. рис. 38), высокими концентрациями гранитофильных элементов в биотитах (см. табл. 37). Вместе с тем этим гранитам, как и всем гранитоидам монцонитовой группы, свойственна одна важная геохимическая особенность, прямо отражающая их безрудность — высокие содержания бария и стронция. Благодаря этому, точки гранитов попадают на диаграмме рудоносности только в нижнюю часть поля рудоносных гранитов; принадлежность же ржичанских гранитов к ЗФ фиксирует в этом случае их безрудность (предельный уровень накопления редких элементов в интрузивной системе Среднечешского массива). Генетическая сущность высоких концентраций бария и стронция заключается, как показано ранее, в высокотемпературном характере расплавов (см. рис. 34) и резко пониженном содержании в них водной фазы (маловодные граниты, по Д.С. Штейнбергу), благодаря чему постмагматический флюидный сброс ржичанских гранитов не мог быть интенсивным. Кроме того, состав биотитов однозначно фиксирует их принадлежность к субщелочным лейкогранитам. Безрудность гранитоидов дурбахитовой группы в отношении редкометального оруденения фиксируется положением бария (или бария и стронция) в числителе их элементных формул (см. табл. 38), чем эти гранитоиды принципиально отличаются, несмотря на их повышенную или высокую редкометальность, от всех разновидностей рудоносных редкометальных гранитов, характеризующихся, как показано ранее, неизменно пониженными содержаниями стронция и бария. Таким образом, положение стронция и бария в знаменателе или числителе элементных формул в отношении выводов о рудоносности гранитов имеет принципиальное значение. Это обстоятельство отмечено в элементных формулах дурбахитовой группы (см. табл. 38) подчеркиванием этих элементов сверху (резко отрицательный признак рудоносности). Следует в связи с этим напомнить, что при расчете ИНК концентрации Sr и Ba, в случае их положения в числителе, вычитаются.

В отличие от дурбахитов гранитоиды тоналитовой группы характеризуются низкой редкометальностью, которая в сочетании с повышенными концентрациями стронция и бария (см. табл. 38) фиксирует их полную безрудность в отношении редкометального оруденения.

Как указывалось, со Среднечешским массивом связана золоторуднополиметаллическая минерализация, что подтверждает положения Л.В. Tayсона о потенциальной рудоносности щелочно-базальтоидных (латитовых) магм, производными которых являются породы дурбахитовой группы. Вместе с тем их потенциальная рудоносность реализуется в Среднечешском массиве при определенных условиях. В "чистом" виде интрузии дурбахитов совершенно безрудны, что с очевидностью следует из металлогенических данных. Золотоносность проявляется лишь при формировании гибридных габбро-монцонит-гранодиорит-гранитных, сложно дифференцированных гранитоидных интрузивных систем, классическим представителем которых является Среднечешский массив. Это полностью согласуется с неоднократно высоказывавшимися положениями о золотоносности гибридных и одновременно дифференцированных гранитоидных интрузий повышенной основности.

Рудные горы


Рудные горы представляют одну из наиболее продуктивных и старейших рудных провинций с более чем 800-летней историей разработки оловорудных месторождений.

Интрузия Рудных Гор приурочена к антиклинальной структуре, характеризующейся резким гравиметрическим минимумом, свидетельствующим о вероятной увеличенной мощности интрузии, вскрытой эрозией приблизительно на 15% (около 1000 км2); общая площадь ее кровли, включая большую, скрытую часть, оценивается в 150х50 км2. Максимальная глубина залегания кровли от современной поверхности до 3 км, вмещающие песчано-сланцевые породы ороговикованы. Становление интрузии охватывало интервал времени от 360-300 до 260 млн. лет. Поперечными мегаундуляциями кровли Рудногорская интрузия разделяется (рис. 42) на три массива — слабо эродированный Восточный, наименее эродированный Центральный и интенсивно эродированный Западный (Фогтланд). Большая часть рудопроявлений олова связана с Западным массивом, а главное промышленное оруденение сосредоточено в пределах Восточного. Оно представлено кварцево-жильным и главным образом грейзеновым типом вольфрамит-касситерит-кварцевой формации с сопутствующей полиметаллической минерализацией. Большинство месторождений локализуется в эндо- и экзоконтактовых зонах отдельных купольных выступов.

Издавна рудногорские гранитоиды подразделяются на две группы: более древние "горские" и более молодые "рудогорские", рассматриваемые либо как интрузивные фазы, либо как самостоятельные комплексы. Горские граниты, согласно В. Зоубеку, являются позднеорогенными (карбон), интрузии рудогорских гранитов относятся к субсеквентным (посторогенным, нижняя пермь). В деталях фазово-фациальная последовательность становления Рудногорской интрузии значительно сложнее. Согласно схеме геологов ГДР, наиболее ранние гранитные образования в Рудных Горах представлены малыми телами реликтовых крупнозернистых двуслюдяных гнейсогранитов досинорогенного ортогнейсового комплекса (рис. 42). Интрузии раннего комплекса горских гранитов подразделяются на три фазы: средне-крупнозернистые биотитовые (7% биотита) порфировидные граниты ГФ и две субфазы ФДИ — средне-мелко-зернистых, обычно порфировидных биотитовых (5%) с мусковитом гранитов и тонкозернистых лейкогранитов. Кроме того, к комплексу горских гранитов отнесены переходные к рудогорским мелко-среднезернистые двуслюдяные (3% биотита, 6% мусковита) порфировидные граниты Бергенского массива.

Молодой, горский комплекс начинался с формирования интрузии промежуточных двуслюдяных гранитов (5% биотита, 5-6% мусковита), подразделяемых на две фазы. Собственно рудогорские граниты подразделяются на среднезернистые (3,5% биотита, 1% мусковита) граниты ГФ и две субфазы ФДИ: среднезернистых биотитовых (3,8%) и мелкозернистых двуслюдяных (3% биотита, 1,4% мусковита) гранитов. Кроме того, выделяется фация метасоматически измененных циннвальдитсодержащих рудогорских гранитов незначительного распространения (0,5 км2).

По площади распространения (рис. 43) резко преобладают граниты ГФ раннего (горского, ~500 км2) и позднего (рудогорского, ~400 км2) комплексов, за ними следуют граниты ФДИ1, а граниты ФДИ2 обоих комплексов и промежуточные граниты распространены незначительно.

В горских гранитах ГФ плагиоклаз (альбит-олигоклаз) несколько преобладает над калишпатом (адамеллиты), в рудогорских гранитах ГФ резко преобладает калишпат. Роговая обманка полностью отсутствует. Геологами ГДР подчеркивается присутствие в гранитах двух генераций мусковита-крупночешуйчатого позднемагматического, частично замещающего биотит, и мелкочешуйчатого метасоматического в грейзенизированных разновидностях. Среди акцессорных в горских гранитах преобладают апатит и циркон, присутствуют турмалин, анатаз, топаз, гранат. В рудогорских гранитах главными являются позднемагматические топаз и флюорит, менее распространены апатит, циркон, турмалин, анатаз, присутствуют гранат и касситерит. Во всех разновидностях гранитоидов отмечаются андалузит и кордиерит.


Петрохимия гранитоидов Рудных Гор. Граниты Рудных гор представлены нормальными по щелочности, кислыми и ультракислыми (рудогорские), пересыщенными глиноземом разновидностями (табл. 39, рис. 44). Горские граниты дифференцируются от нормальных биотитовых адамеллитов до ультракислых лейкогранитов (ФДИ2), состав которых идентичен составу рудогорских интрузий. Состав последних, в отличие от горских в процессе дифференциации (ГФ—ФДИ) практически не меняется. Глиноземистость всех разновидностей гранитов Рудных Гор резко повышена. Они характеризуются также очень устойчивым соотношением щелочей: содержания натрия в них относительно кларкового уровня слабо понижены, содержания калия заметно повышены (рис. 45). Только в метасоматически измененных разностях концентрации натрия увеличиваются до кларкового уровня, а содержания калия резко сокращаются (альбитизация). Избытки вынесенного калия фиксируются в телах штокшейдеров, широко развитых в экзоконтактовых зонах альбитизированных и грейзенизированных гранитов купольной фации.

Состав слюд. Темные слюды представлены исключительно высокоглиноземистыми, с низким содержанием магния модификациями (табл. 40 рис. 34). В едином процессе дифференциации интрузий Рудных Гор глиноземистость и железистость слюд прогрессивно возрастают. Предельное значение глиноземистости для сидерофиллита (l = 28,5) достигается в биотитах переходных и промежуточных гранитов. В рудо горских гранитах глиноземистость темных слюд (литиевых биотитов, протолитионитов) значительно выше. Состав слюд рудогорских гранитов и связанных с ними пегматитовых шлиров и грейзенов идентичен (табл. 40).

На диаграмме рис. 34 точки слюд Рудных Гор попадают в поле рудоносных гранитов, характеризующихся низкотемпературными условиями кристаллизации, с повышенной активностью воды и пониженной - калия, и размещаются в двух группах, соответствующих горским и рудогорским (наиболее низкотемпературным) - гранитам, что согласуется с их отнесением к разным комплексам.

Редкоэлементный состав гранитов. Как однозначно следует из данных табл. 41 все граниты Рудных Гор являются редкометальными. Горские адамеллиты представляют типичные редкометальные граниты с низким уровнем накопления фтора и по геохимическим особенностоям полностью параллелизуются с адамеллитами ГФ кукульбейского комплекса Забайкалья (см, табл. 16), что особенно хорошо видно из сопоставления элементных формул этих гранитов (табл. 42).


Рудогорские граниты ГФ по геохимической характеристике являются типичными ультраредкометальными с очень высокими содержаниями фтора и редких элементов при стабильно повышенном содержании бора. По уровню накопления гранитофильных элементов (см. табл. 41) они могут быть сопоставлены в Забайкалье лишь с гранитами купольной фации ГФ, слагающими очень небольшие (до нескольких км2) купольные выступы, тогда как в Рудных Горах рудогорскими гранитами сложен на 2/3 (~ 300 км2) Нейдек-Айбенштокский массив. Учитывая общую распространенность рудогорских гранитов по данным бурения (см. рис. 42), можно сделать вывод, что по объему интрузивные массы рудогорских ультраредкометальных гранитов являются уникальными, превышающими на несколько порядков объемы аналогичных гранитов в Забайкалье и значительно превосходящими объем ультраредкометальных гранитов в провинции Балтийского щита. В купольных выступах рудогорских гранитов ГФ, с которыми непосредственно ассоциирует большинство крупных месторождений, концентрации гранитофильных элементов еще более возрастают (табл. 42).

Слюды гранитов Рудных Гор также характеризуются повышенными концентрациями олова и других гранитофильных элементов (которые наиболее высоки в слюдах рудогорских гранитов), что подтверждает принадлежность всех гранитов региона к потенциально рудоносным (табл. 43).


Сделанные выводы полностью подтверждаются данными диаграммы рис. 36, фиксирующей избыточность концентраций главных гранитофильных элементов в дифференциатах горских гранитов и экстремально высокие концентрации их в рудогорских, отражающие высокую степень потенциальной рудоносности последних. Диаграмма также показывает, что двуслюдяные гнейсограниты ортогнейсового субстрата характеризуются по сравнению с горскими гранитами гораздо более низким уровнем накопления гранитофильных элементов.

На диаграмме рудоносности (см. рис. 35) точки ГФ горских гранитов располагаются в нижней части поля рудоносных гранитов. Как показано для Забайкалья, рудоносность таких интрузий реализуется только при условии их дифференциации и проявляется преимущественно в формировании кварц-вольфрамового оруденения, связанного непосредственно с купольной фацией мусковитовых гранитов. Эти положения подтверждаются данными по Рудным Горам, в которых вольфрамитовая минерализация связана с фацией двуслюдяных "переходных" гранитов горского комплекса (Бергенский массив, рис. 43). Особенностью дифференциации горских гранитов является отсутствие признаков интенсивного накопления в дифференциатах (ФДИ1-ФДИ2) фтора, благодаря чему они могут квалифицироваться лишь как ограниченно рудоносные.

Диаграмма рис. 35 фиксирует интенсивную потенциальную рудоносность гранитов ГФ рудогорского комплекса, реальная рудоносность которых реализуется в связи с гранитами купольной фации (наиболее продуктивны) и реже в формировании продуктивных штокверковых зон инфильтрационных грейзенов в гранитах ГФ.

Генетические особенности и рудоносность интрузий Рудных Гор. Регион Рудных Гор уникален. Развитие гранитного магматизма в нем началось с формирования в Рудногорской антиклинальной параортогнейсовой структуре очень крупной интрузии горских редкометальных гранитов, исходным субстратом для которых могли служить толщи гранитизированных кристаллических сланцев и гранитогнейсов. Формирование интрузий, судя по повышенным концентрациям в гранитах бора, олова, редких щелочей, происходило, очевидно, под интенсивным воздействием потоков флюидов глубинного происхождения. В отличие от Забайкалья развитие редкометального палингенного коревого магматического очага не прекратилось после внедрения расплавов в верхний структурный этаж и формирования гипабиссальных интрузий горских гранитов, а продолжалось и было возобновлено после значительного временного перерыва (~ 50 млн. лет) внедрением громадных масс интенсивно обогащенных летучими и редкими элементами расплавов гипабиссальных интрузий ультра редко метальных рудогорских гранитов. Таким образом, интрузии горских и рудогорских гранитов представляют, исходя из очевидных петролого-геохимических признаков их генетического родства, две последовательные интрузивные мегафазы единого и длительного развивавшегося и дифференцировавшегося глубинного магматического очага, разделенные во времени субфазой субвулканических и интрузивных (промежуточные граниты) производных этого же очага. Поэтому отнесение горских и рудогорских гранитов и к мегафазам и к последовательным интрузивным комплексам в равной степени правомочно.


Г. Тишендорф рассматривает интрузии горских гранитов в качестве предшественников ("предтечи") рудогорских, которые он считает единственно рудоносными. Этот вывод, в целом справедливый для региона (хотя, как указывалось, часть интрузий "предшественников", по данным самого Г. Тишендорфа, также рудоносна), тем не менее является частным. В Забайкалье все оруденение связано с дифференциатами интрузий гранитов, полностью идентичных "предшественникам", условием реализации потенциальной рудоносности которых являлась их камерная дифференциация. Массивы, отвечающие по своей геохимической характеристике оловоносным гранитам, по Г. Тишендорфу, в Забайкалье представляют редко встречающиеся и локальные по объему тела ультраредкометальных гранитов, представляющие ЗФ интрузий все тех же "предшественников". Вполне естественно, что такие тела сопровождаются продуктивным оловянным оруденением (Этыкинский шток, кварцевые порфиры сопки Большой Шерловогорской системы), но это далеко не единственный путь реализации потенциальной рудоносности интрузий редкометальных, соответствующих "предшественникам" гранитов.

Ультраредкометальный характер гранитов рудогорских интрузий Рудных Гор и их громадные объемы прямо коррелируются с уникальной продуктивностью региона, выражающейся в наличии крупных оловорудных месторождений, часть из которых ожидают пока своей очереди освоения ввиду неблагоприятных технических показателей руд (очень мелкий касситерит в циннвальдитовых грейзенах-цвиттерах), а часть, связанная со скрытыми куполами, все еще продолжает открываться. Поэтому в отношении ультраредкометальных гранитов правильнее говорить не просто о рудоносности, а об их интенсивной рудоносности.

Из рассмотренных по Чешскому массиву материалов следует, что две главные металлогенические провинции региона — оловорудная Рудных Гор и Среднечешская золоторудно-сульфидная — связаны с гранитными расплавами соответственно коровою и глубинного (дурбахиты) происхождения.

Имя:*
E-Mail:
Комментарий: